?

Log in

No account? Create an account
entries friends calendar profile Previous Previous Next Next
ТАНЯ МАЛЯРЧУК. ВОРОН. (продолжение) - Елена Мариничева
emarinicheva
emarinicheva
ТАНЯ МАЛЯРЧУК. ВОРОН. (продолжение)

(Продолжение. Начало в предыдущем посте).

  Антонина Васильевна встает с табуретки и отворачивается. Видит в зеркалах отражение его отражения. Оно с интересом за ней наблюдает.

 - Антонина Васильевна, вы так прямо держите спину, что многие из бальников вам бы позавидовали.

 - Моя покойная бабушка тыкала меня кулачками в спину, если я сутулилась. До сих пор  чувствую эти ее кулачки.

 Антонина Васильевна глубоко вздыхает.

 - Я подумала... и решила.

Буду преподавать вам литературу.

Виктор удивленно округляет глаза.

 - Сомневаюсь, что вы со своими танцами прочитали более десяти книжек. Да, не более десяти...

 - Антонина Васильевна, но...

 - Это не займет много времени. Несколько часов в неделю. Вы не представляете себе, как много интересного я могу рассказать. Литература – это мировоззрение. Без литературы вы никто. Вошь дрожащая.

 Виктор молчит.

- Даже для того, чтобы танцевать, нужно знать литературу. Вы не сможете  

без литературы хорошо танцевать. Танцы – это не язык тела, как вы полагаете, это... язык души.

 О боже, что я говорю, думает Антонина Васильевна.

  - Мне не нужны уроки литературы.

 Антонина Васильевна смотрит на него и понимает, что это правда. Он не шутит. Ему не нужны уроки литературы. Он говорит серьезно и окончательно.

 Антонина Васильевна вздрагивает как от удара. Чувствует, как кровь приливает к ногам, как крохотные кулачки теребят спину, и голос бабушки звучит откуда-то изнутри ее самоё: " Ты, враг лютый,  у тебя только гульки-гулянки в голове".

 Дуреха, думает Антонина Васильевна, какая же я дуреха!

 Она молча бросается вон из комнаты, а Жучка, оскалив зубы, трижды лает на Виктора и семенит за хозяйкой.

 

 - Ты пришла! Молодец! Я знала, что ты придешь!

 Надя обнимает Антонину Васильевну. От Нади несет едким запахом малины – духами за десять гривен.

 - Как тебе наша дискотека? Супер, правда?

 Антонина Васильевна разглядывает с десяток бабех разной степени сохранности, с палочками и без,  ярко подкрашенных, нарядных, похожих на чудовищных кукол. Деды – их пятеро –  стоят столбами рядом – смущаясь и стараясь спрятаться друг за друга. Еще двое – музыканты. Сидят на миниатюрных стульчиках и играют на потрёпанных боянах.

  - И музыка живая. Все, как положено, - произнося это, Надя еще более цветет и пахнет.

  Музыканты заводят какой-то ностальгический вальс. Две бабуськи, вряд ли знакомые между собой, без единого слова, без малейших эмоций на лице, берут друг друга под руки и словно деревянные тут же,  оставаясь на месте, перетаптываются , имитируя танец.

  - Я и не думала, что дискотека, как ты, Надежда, это называешь, происходит в переходе между станциями метро,- говорит Антонина Васильевна.

  Надя заранее запаслась контраргументами.

 - Дорогуша, - громко уверяет она, - этот переход на"Театральной" – самое подходящее место для нашей дискотеки! Посмотри – словно настоящий бальный зал. Всюду мрамор, пол что надо, колонны. А какая акустика – ты только послушай!

 Венский вальс в разгаре. Другие бабы, беря пример с самых смелых, тоже разобрались попарно и танцуют.Деды нервно курят сгрудившись сбоку.

Одинокие пассажиры метро, проходя мимо, останавливаются, зачарованно наблюдая за действом в переходе.

  ...Сгорбленный дедок с улыбкой на лице выныривает перед Антониной Васильевной.

 - Потанцуем, гражданочка?

 - Я не танцую,- сурово отрезает Антонина Васильевна.

 - Отказывать оч-чень некультурно, - дедок с плотоядной улыбочкой во весь свой опавший рот, настойчиво тянет Антонину Васильевну за локоть.

 Надя заговорщицки ей подмигивает.

 - Вы не понимаете, что вам говорят? – Антонина Васильевна перекрикивает вальс. – Я не танцую.

 - Но почему? Я вам не нравлюсь?

 -У меня молния на правом сапоге разошлась!

 Кавалер сразу оставляет Антонину Васильевну в покое и возвращается к  скучающему мужскому сообществу.

 - Ты же учительница, Антонина,- шипит Надя.

 Она покраснела как рак и готова  придушить Антонину Васильевну собственными руками.

 - Ты позоришь меня как организатора.

   - Но я же сказала правду, Надежда, глянь, - Антонина Васильевна наклоняется и демонстрирует Наде заржавевшую молнию на правом сапоге.

 

 - Не юродствуй! Ты что, совсем уже психическая?

 - А что я такого сказала?

 - Ну знаешь, Антонина!..

Надя разворачивается и идет к отфутболенному Антониной Васильевной дедку.

 - Можно пригласить вас на танец, Константин Константинович?

 - Ка-нешно, гражданочка!

 - Вы, Константин Константинович, не обращайте внимания на мою подругу. Она немного не в себе. Литераторша, знаете ли. Это у них профессиональное.

 

 Антонина Васильевна  выходит из  подземного перехода на улицу и идет вдоль Пушкинской в сторону парка Шевченко. Падает мокрый снег. Голенище правого сапога хлюпает по асфальту. Песец на воротнике демисезонного пальто "джерси" намок и из стриженого стал лысым.

  Какая я сегодня жалкая, думает Антонина Васильевна. Аж приятно.

  Голые и черные ветви деревьев почему-то напоминают Антонине Васильевне железнодорожные рельсы.

  Она заходит в безлюдный парк и замедляет шаги.

  В парке нужно ходить так, словно у тебя пульс – двадцать ударов в год, думает она.

  Возле памятника Шевченко Антонина Васильевна садится на мокрую, присыпанную снегом скамейку.

  Я похожа на бездомную алкоголичку, думает Антонина Васильевна. Ну  так что? Пусть.

  Антонина Васильевна вспоминает алкоголичку, которую недавно показывали по телевизору. Та – месяц как вышла из тюрьмы. Волосы еще не успели отрасти. Такая подпухшая и черная. Она сидела на лавочке в каком-то парке, возможно, даже в парке Шевченко, и говорила журналисту:" У меня нема паспорта. Потеряла. И нема денег, чтоб сделать новый паспорт. Никто меня не щитает за человека. А в конституции записано, шо каждый человек – личнасть. Я – личнасть. Сделайте для меня шо-нибудь".

  На скамейку к Антонине Васильевне подсаживается мужчина лет сорока, одетый словно  рыбак в ненастье. Подмышкой у него коробка с шахматами.

  - Шахматы? – говорит Антонина Васильевна. – Сыграем?

   Мужчина презрительно окидывает взглядом Антонину Васильевну.

  - Я играю на деньги.

  - Согласна. Ставлю свои сапоги...то есть пятьдесят гривен.

 Мужчина еще раз окидывает взглядом Антонину Васильевну, но на этот раз – с подозрением.

 - Тебя подослали?

 - Нет, я учительница.

Мужчина колеблется.

 - Покажи деньги. Чтоб я видел, что они вообще у тебя есть.

 - Антонина Васильевна вынимает из кармана пятьдесят гривен.

 - Пойдем под навес. Здесь фигуры намокнут.

  Они идут в скверик рядом с общественным туалетом.

  Мужчина молниеносно расставляет на доске фигуры.

 - Ты играть-то умеешь? – спрашивает он Антонину Васильевну.

 Та не отвечает и делает первый ход белыми.

 Через двадцать минут противник Антонины Васильевны удивленно вскрикивает:

  - А ты, дамочка, на выигрыш играешь!

  - Я вседа выигрываю. Через два хода мат, - спокойно говорит Антонина Васильевна. – Давай пятьдесят гривен.

 

 3.

 

 - Виктор?

 - Вы уже неделю не приходите. Я испугался. Что случилось?

 - Не переживайте. Я пока не собираюсь умирать.

 Виктор топчется на коврике у двери Антонины Васильевны. Когда-то этот коврик был ее ночной рубашкой.

 - А хотите чаю с печеньем?

 Виктор входит в коридор и вежливо разувается.

 В этой квартире за сорок лет не было ни одного мужчины, кроме сантехников, думает Антонина Васильевна.

 - Вы обо мне соскучились? – спрашивает Антонина  Васильевна и улыбается. Ей вдруг становится хорошо и спокойно.

 - Я привык с вами спорить, - Виктор тоже улыбается. В его глазах появляется обычный насмешливый огонек.

 - Что ж, давайте поспорим.

  -Давайте.

 Антонина Васильевна наскоро застилает постель, одновременно сдвигая ногой стопку книжек на полу в угол.

 - Садитесь в кресло возле окна. Оно специально для гостей.

 Виктор садится в кресло.

 - Что вы сейчас читаете? – спрашивает.

 - Учтивость вам не идет, Виктор. Со мной не обязательно говорить про книжки.

 -Мне действительно интересно.

  - Я уже не читаю ничего нового. Только перечитываю.

 Антонина  Васильевна ставит на журнальный столик тарелку с овсяным печеньем и две чашки.

  - Вы пьете чай с сахаром?

  - Без.

  - Сколько вам лет, Виктор?

  - Двадцать. А вам?

  - Двадцать пять.

  - Выглядите моложе.

  - Спасибо.

Жучка с недоверием поглядывает на гостя.

  -Что вы целыми днями делаете, Антонина Васильевна?

  - Старею.

  - Это, наверное, очень скучно.

  -Ну почему. В пятницу я была на дискотеке, например.

   -На дискотеке?

   - Вы удивлены? Да, на дискотеке. Пользовалась колоссальным успехом у кавалеров.

   - Поздравляю, - Виктор откидывается на спинку кресла. – Но я вам не верю. Вы не умеете танцевать.

    Антонина Васильевна обиженно всплескивает руками.

  - Я умею танцевать! Некоторое время я танцевала в народном ансамбле,- говорила уж вам.

 - На дискотеках играют "подоляночку"?

  -  Слушайте, нахальный вы молодой человек! Не обязательно уметь танцевать, чтобы пользоваться успехом у кавалеров!

 Виктор встает с кресла.

  - Покажите, как вы танцуете.

  Он демонстративно выходит на середину комнаты.

 - Выходите! Потанцуем.

 - Да ну вас к лешему!

 - Боитесь?

  - Я ничего не боюсь.

 Антонина Васильевна встает напротив Виктора.

 - Только прошу вас без выкрутасов задницей.

 - Как скажете.

Антонина Васильевна с первого же шага наступает ему на ногу.

 - А что мы вообще танцуем?!-  не то обвинительным, не то извиняющимся тоном говорит она.

 - Медленный вальс.

  - Ненавижу медленный вальс.

 

- Как давно вы танцуете?

 - С восьми лет.

 - А почему вообще начали?

 - Мою двоюродную сестру отдали на бальные танцы,но она стеснялась ходить туда одна. Я должен был сопровождать ее неделю для поддержки. Через неделю сестра бросила танцы. Я остался.

 - Почему?

 - Не знаю.

 

 - Вы одна? У вас нет мужа, детей?

 - Никого нет.

 - Ну да, понимаю. С вами очень тяжело.

 - Не так тяжело, как кажется. Просто мне никто не был нужен.

 - А сейчас?

 - Сейчас тем более.

 - Вы обманываете либо меня, либо себя.

 - Я никогда не обманываю.

 

 

 ...Антонина Васильевна приносит еще чаю.

 - Ну, и как я танцую? –спрашивает она Виктора.

 - Ужасно. А все потому, что опускаете голову.

 - Я слежу за ногами. Чтоб  не запутались.

  -  Не нужно следить за ногами. Нужно следить за ритмом, и за партнером, партнер ведет – партнерша ему подчиняется.

 - Я не привыкла никому подчиняться.

 Виктор пожимает плечами.

 - Это всего лишь законы танца.

 

 -Не делайте резких движений! Медленно поверните голову и гляньте в окно.

 - А что там?

 - Две вороны. Сидят на проводах.

 - И что здесь такого?

 - Я часто их вижу. Почти каждый день.  Они прилетают сюда поглазеть на меня.

 - Зачем вы им, Антонина Васильевна?

 - Я себя тоже об этом спрашиваю. Зачем я им?

 

 


 


          4.
 
Зачем я им?

 Антонина Васильевна смотрит на воронью пару, а та – на нее. Интересно, сколько вороны живут? Наверное, столько, сколько люди. Значит,

это может быть та самая пара. Антонина Васильевна хорошо ее помнит.

 Вот она – молодая и уверенная в себе учительница

литературы –спускается по школьной лестнице с третьего этажа. Боря – учитель географии – стоит на ступеньках, как будто просто так, но на самом деле ждет Антонину Васильевну. Боря  делает так почти ежедневно последние полгода.

 - Как ваши дела, Антонина Васильевна? – весело  спрашивает Боря. – Сколько сегодня провели уроков? Как вел себя 6-й "б"?

 - На какой из трех вопросов мне отвечать?

 Антонина Васильевна невольно улыбается Боре, и Боря сияет.

 - Можете не отвечать вообще! Я вижу, что все хорошо!

 Некоторое время они вместе спускаются по ступенькам.

 Боря сияет.

 Антонина Васильевна  улыбается.

 Знакомые учительницы, пробегая мимо, хитро подмигивают Антонине Васильевне. Антонина Васильевна краснеет. Даже немного злится.

 - Боря, - тихо говорит она, продолжая при этом улыбаться, - Зачем вы меня постоянно поджидаете после уроков?

 - Поджидаю? Что вы такое говорите, Антонина Васильевна?! Я случайно там стоял...

 

 Второй этаж.

 

 - Ну хорошо, не случайно, - бормочет Боря. – Я подумал, может, я провожу вас домой?

 - Зачем?

 - Поговорим по дороге.

 - Про что?

 - Придумаем.

 Антонина Васильевна не отвечает. Ноги становятся деревянными. Она предвидела что-то подобное, но не знала, как среагирует. И сейчас не знает. Голова идет кругом. Мысли путаются.

 Вот она – любовь? Антонине Васильевне становится как-то неприятно. Она  совсем не так себе это представляла. Совсем не так. Любовь должна была прийти иначе. Любовь – это не Боря.

 Или все-таки Боря?

 Антонина Васильевна искоса посматривает на Борю, а тот сияет в ответ. Ужасно глупо. Борины губы кажутся Антонине Васильевне слишком, до непристойности пухлыми. Она представляет эти губы на себе, на своих губах, и горло сводят спазмы отвращения.

 Все влюбленные люди выглядят глупо, думает Антонина  Васильевна.

 - Мы можем поговорить о путешествиях, - неуверенно предлагает Боря.

 

 Первый этаж.

 

 - Я, знаете ли, учитель географии.

 - Знаю.

 - Я много где хотел бы побывать. Например, в Буэнос-Айресе. А вы?

 

 Они выходят из школы. Еще пять  ступенек  крыльца и они попрощаются. Антонина Васильевна пойдет направо, Боря –налево.

 И тут Антонина Васильевна замечает их. Воронья пара на дереве в школьном дворе. Смотрят прямо на нее. С интересом раскрыли рты. С каким-то неестественным, потусторонним интересом.

 Антонина Васильевна замирает.

 Главное – выдержать взляд, почему-то думает она. И вдруг – заплетается  ногой за ногу и -  летит по ступенькам  вниз.

  Страшная боль пронзает все тело. В глазах темнеет.

 - Антонина Васильевна! –слышит она над сбой. – Антонина Васильевна! С вами все в порядке?!

 Раскрывает глаза и видит над собой встревоженного Борю,его пухлые губы, видит любовь во всей своей красе, любовь, от которой никуда не спрячешься.

 - Не трогайте меня! – изо всех сил кричит Антонина Васильевна. – Не трогайте меня!!!

  Она кричит так, что из школы  сбегаются учителя и ученики, обступают Антонину Васильевну, а она лежит на асфальте, не в состоянии подняться.

 - Антонина Васильевна, - Боря нежно берет ее за руку, - Что у вас болит, скажите мне! Где больно?

  У Антонины Васильевны вздувается на шее жилка - от гнева и ненависти.

  - У нее болевой шок, - говорит Боря. – Расступитесь. Вызовите "скорую". Антонина Васильевна, -  это уже к ней  - сейчас приедет "скорая". Не шевелитесь.

  Антонина Васильевна вырывает у Бори свою руку. Открывает рот и вопит так, как никогда ни до, ни после:

 - Убирайтесь  вы  в  з-з-задницу! Сгиньте! Убирайтесь в Буэнос-Айрес!

                                      ***

 

 Надя появляется точно по графику. На этот раз она ведет себя сдержанно, давая понять, что до сих пор еще обижена и рассчитывает на заслуженные просьбы о прощении.

 - Ты, Надежда, меня извини, - говорит Антонина Васильевна, - я повела себя некрасиво. Не стоило  идти на дискотеку в старых сапогах.

 - Да, вела ты себя нехорошо... Но извинения принимаются. На то и существуют подруги, чтобы все прощать.

 - Как Константин Константинович?

 - Ха-ра-шо. Занимательный мущина. Веселый.

 Антонина Васильевна тихонько напевает: "Надежда – мой компас земной".

 - Антонина, ты выглядишь что-то устало, - говорит Надя.

 - Плохо сплю в последнее время. Со мною так всегда в начале зимы.

 - Не понимаю, как бессонница связана с зимой. Принимай таблетки. Я уже пять лет их принимаю. Сплю, как хорек.

 - Боюсь. Мне кажется, что от таблеток сон нездоровый.

 - Нормальный сон! Шо ты выдумываешь?!

 Надя наконец усаживается в кресло у окна.

 - У тебя чё, отопление о сю пору не включили?!

 - Не включили.

 - Безобразие! Антонина! Жаловаться нужно!

 - Не хочу портить себе нервы.

 - Так и воспаление легких можно схватить!

 - Будешь чай пить, Надежда?

 - С сахаром.

 Антонина  Васильевна готовит чай, а Надя докладывает последние новости из жизни смертных.

- Знаешь, кто умер? Боря-географик...
(продолжение в следующем посте)


Tags: , ,

8 comments or Leave a comment
Comments
(Deleted comment)
emarinicheva From: emarinicheva Date: October 20th, 2009 11:25 am (UTC) (Link)
И опять спасибо. Подумаю.
Губы можно "накрасить" или "слегка подкрасить" ( я так, к примеру, как раз делаю иногда :))
А вот "соскучились обо мне" - я (неграмотная, видно, совсем :) тоже говорю...А как, Вы считаете, нужно сказать правильно? (вроде бы скучать - о ком, о чем)
(Deleted comment)
emarinicheva From: emarinicheva Date: October 20th, 2009 11:41 am (UTC) (Link)
Возможно. Проверю. Хотя - это все же разговорный язык...
sorry_gregory From: sorry_gregory Date: October 20th, 2009 02:04 pm (UTC) (Link)
- Я не привыкла никому подчиняться.
- Я много где хотел бы побывать.

... встает с табуретки и отворачивается - либо через запятую, либо оборачивается. Или нет?

Не в обиду, но изложено из рук вон... Заметил в своё время: Малярчук переводить сложно, т. к. русский язык в известной мере искуственный и не обладает достаточными выразительными средствами. Необходим авторизированный перевод. Или хотя бы привести в соответствие с нормами русского языка, а то подстрочник-черновик какой-то.
emarinicheva From: emarinicheva Date: October 20th, 2009 02:11 pm (UTC) (Link)
"...русский язык в известной мере искуственный и не обладает достаточными выразительными средствами"
Ну с этого, наверное, и надо было начинать Ваш комент. Да и заканчивать этим же... :)))
sorry_gregory From: sorry_gregory Date: October 20th, 2009 02:16 pm (UTC) (Link)
- Я не привыкла никому подчиняться.

Скажи подобное кому-то в реальной жизни, так вообще общаться откажется - явное свидетельство необразованности. Двойное отрицание не красит любой язык, но в подобном случае порядок слов в предложении критичен.
emarinicheva From: emarinicheva Date: October 20th, 2009 02:18 pm (UTC) (Link)
Спасибо-спасибо. Учту. Хотя "я и не привыкла никому..." Ой! молчу-молчу :))))
alicebrown From: alicebrown Date: October 20th, 2009 02:46 pm (UTC) (Link)
Лена, прочла. Мне понравилось. Думаю, что книга будет пользоваться успехом.

Главное. Поскольку сама не чужда переводческого зуда, то очень хорошо чувствую, когда переводчику удается передать стилистику автора, дух его прозы. Это получилось.
Поздравляю!
emarinicheva From: emarinicheva Date: October 20th, 2009 02:52 pm (UTC) (Link)
Кое-какие "блошки" еще повылавливаю - не без помощи "прискiпливих" (придирчивых, укр.) френдов...:)))
Рада, что Вам понравилось.
8 comments or Leave a comment